Обзоры и прогнозы

05.03.2026

Свиноводство — инфраструктура продовольственной независимости

Эта статья родилась по итогам живого и предельно откровенного разговора в рамках первого в России онлайн-интенсива по профессиональной подготовке отраслевых аналитиков в АПК «От статиста до стратега».

На одной из сессий мы с приглашенным экспертом, Александром Стоклицким попытались разобраться в том, что на самом деле происходит сегодня в свиноводстве. Александр — практикующий стратег, который знает о свинине все: от биржевых котировок до реальной экономики конкретного производства и себестоимости каждой части туши. Наш разговор вышел за рамки стандартного отчета и сложился в этот материал — о том, как устроена отрасль сегодня и какие вызовы стоят перед ней завтра.

Л. Савкина, 

основатель экспертного аналитического агентства «Савкина Эксперт Групп»

Российское свиноводство прошло путь от тотальной зависимости от импорта до статуса нетто- экспортера. Мы не только накормили страну, но и вышли на мировую арену, где правила игры диктуют совершенно иные условия. Фаза экстенсивного роста, когда каждый новый комплекс давал двузначные цифры прироста, завершена. Сегодня перед отраслью стоит новый, более сложный вызов: в условиях жесткой глобальной конкуренции удержать позиции и превратить экспортный потенциал в гарант стабильности внутреннего рынка.

 

Рынок сегодня

В 2025 году Россия произвела 12,3 млн тонн мяса в убойном весе, и почти 40% от этого объема — свинина (рис. 1).

Рис. 1. Структура производства мяса в РФ в 2025 г. в убойном весе

Источник: ЕМИСС. Анализ СЭГ

Цифра в 4,9 млн тонн стала для нас новой реальностью. Примечательна не столько сама цифра, сколько динамика. Взрывной рост на 103% по отношению к 2010 году во всех категориях хозяйств и на 250% — в крупных АХ остался в прошлом. С 2025 года мы наблюдаем стагнацию темпов — всего плюс 0,6% к предыдущему году в крупных АХ и нуль прироста в общем по всем хозяйствам страны.

Это не случайность, а закономерный итог завершения инвестиционного цикла. Крупные проекты, запущенные в 2018 году на льготных кредитах, вышли на полную мощность. Теперь прирост в один–три процента в год будет достигаться за счет точечной модернизации и строительства новых мощностей, но уже на коммерческие кредиты. Рынок окончательно консолидировался. Двадцать крупнейших игроков сегодня контролируют три четверти всего производства, и эта концентрация будет только усиливаться. Слияние ГК «Агро- Белогорье» и ГК «Русагро» — яркий тому пример. Объемы производства смещаются в руки узкого круга лидеров, и именно им предстоит решать главную задачу: что делать с растущим предложением, когда внутренний спрос уже практически насыщен.

 

Экспорт как единственная стратегия выживания

Мы полностью заместили импорт. Емкость рынка стабильна. Дальнейшее увеличение производства — это уже не просто вопрос аппетитов, а вопрос физического сбыта. Если не найти для этих объемов новое окно, давление на цены внутри страны станет неизбежным. Ответ очевиден: экспорт. Из «приятной опции» он превращается в стратегическую необходимость. В 2025 году мы отправили за рубеж 374 тыс. тонн свинины, что составляет уже 7,6% от внутреннего производства (рис. 2). 

Рис. 2. Экспорт свинины

Источник: анализ СЭГ

Беларусь, Вьетнам и, конечно, Китай стали основными бенефициарами нашего экспортного рывка. 

Но за этими цифрами скрывается гораздо более глубокая история, которую на интенсиве нам блестяще раскрыл Александр Стоклицкий. Его взгляд на экспорт — это не работа с цифрами, а взгляд за цифрами, глубокое понимание рыночной механики и человеческих отношений, отточенное годами практической работы.

«Экспорт — это про возможности. Это не про обязательства, а про возможности, которые предприятие может получить одномоментно при благоприятной рыночной конъюнктуре», — с этой фразы Александр начал разбор экспортного потенциала, и она стала лейтмотивом нашего разговора.

Именно такой подход позволил переосмыслить консервативные прогнозы.  Изначально планировалось, что к 2030 году мы выйдем на экспорт в 400 тыс. тонн. Но уже сегодня мы вплотную приблизились к этой планке. Главным драйвером, безусловно, стало открытие Китая в 2024 году. Три аттестованных предприятия обеспечили кратный рост поставок. Однако самое интересное — не сам факт открытия, а то, какую структуру спроса мы там обнаружили (рис. 3).

Рис. 3. Структура экспорта свинины

Источник Росптицесоюз, Центр Агроаналитики МСХ

Китайский парадокс

Александр подробно остановился на том, как устроен китайский рынок. В отличие от нашего или европейского восприятия свинины как набора ценных отрубов (окорок, лопатка, карбонад), китайская кухня исторически ориентирована на потребление субпродуктов, костей, сухожилий. Для нас эти позиции часто являются «неликвидами», продающимися с минимальной маржой или вовсе в убыток. Для Китая это основа национальной кулинарии, за которую там готовы платить.

«Мы выяснили, что канадцы поставляют огромный ассортимент субпродуктов и костей, которые пользуются большим спросом. А это чуть ли не 30% с головы. У нас это большая проблема. Когда мы понимаем, что можем продать это на порядок дороже, мы решаем фундаментальные проблемы экономики производства здесь», — пояснил эксперт.

Это открытие полностью меняет уравнение. Мы перестали смотреть на экспорт только как на сбыт «ценных кусков» и начали видеть в нем инструмент балансировки всей себестоимости. Механизм здесь прост и одновременно гениален. Продажа килограмма субпродуктов на китайском рынке по цене условно в три–пять раз выше той, что можно выручить внутри страны, позволяет производителям РФ фактически субсидировать себестоимость производства ценных отрубов и продавать окорок или карбонад на внутреннем рынке по более конкурентной цене или с большей маржой, зная, что «неликвидная» часть туши принесет нам прибыль на экспорте. Более того, закладывая эту экспортную премию в экономику, мы создаем финансовый запас прочности для будущей борьбы за премиальные сегменты на мировых рынках, куда обязательно придем со временем.

Рис. 4. Китай как главный драйвер экспорта

Источник: анализ СЭГ

Сейчас нашими конкурентами в этой нише на китайском рынке являются Европа и Северная Америка, но у них нет нашего главного преимущества. В сложившейся геополитической ситуации и на фоне антидемпинговых расследований Китая против Европы для России открывается уникальное окно возможностей. Дополнительные тарифы до 65% для некоторых европейских заводов делают нашу продукцию невероятно привлекательной (рис. 5).

Рис. 5. Возможности экспорта в КНР

Ассортимент и инфраструктура: скрытые барьеры

Однако для того чтобы реализовать этот потенциал, нам предстоит решить несколько внутренних задач. Первая и главная — расширение списка аттестованных предприятий и номенклатуры. Александр привел яркий пример: наши специалисты при подаче заявок на аттестацию часто указывают узкий перечень продукции, исходя из текущей конъюнктуры, забывая о стратегической перспективе.

«Что вам мешает податься заранее на максимально широкий ассортимент? Это касается абсолютно всех стран. Идите и делайте себе плацдарм, который в будущем может принести миллионы», — задается риторическим вопросом эксперт.

Вторая проблема — инфраструктурная. Наш пример с Сербией, с которой у нас зона свободной торговли, показателен. Сербский рынок может покупать наши полутуши, но у подавляющего большинства российских производителей отсутствуют мощности по их заморозке. Мы строили производство под свежее мясо для внутреннего рынка, и теперь это ограничивает наши экспортные возможности, вынуждая нас продавать только то, что можно заморозить и перевезти на большие расстояния.

Третья проблема — системный подход к открытию новых рынков. Мы часто зациклены на Китае, забывая о диверсификации. А между тем отсутствие широкой географии поставок делает отрасль заложницей отношений с ограниченным числом стран. Любое ужесточение фитосанитарных требований, изменение таможенной политики или просто охлаждение политических отношений способно в одночасье обрушить экспортные потоки и создать критическое давление на внутренний рынок. Не менее серьезная угроза нависла и со стороны импорта. Нарастающий ввоз дешевого куриного филе из Китая

—   это уже не просто очередной «ценовой вызов», а прямая угроза рентабельности свиноводства. В мясопереработке курица и свинина в значительной степени взаимозаменяемы, и удешевление одного продукта неизбежно тянет вниз цену другого, съедая маржинальность производителей.

Поэтому работа с диверсификацией рынков сбыта —  это не про развитие, это вопрос стратегической устойчивости всей отрасли. Вьетнам, Филиппины, Сербия, Монголия, страны ЮВА — это огромные рынки, которые могут покупать наше мясо и субпродукты (рис. 6).

Рис. 6. Другие потенциально емкие экспортные рынки

Источник: анализ СЭГ

«Посмотрите на бразильцев. Их ассоциация ежегодно отчитывается: «Мы открыли столько-то стран на свинину, столько-то — на говядину». Даже если это какие-то небольшие острова, они все равно преподносят это с гордостью. Потому что чем больше стран в активе, тем лучше ты готов к тому, чтобы в любой момент начать физические поставки», — привел пример Стоклицкий, призывая учиться у мировых лидеров.

 

Внутренний рынок: маркетинг и образование

Пока экспортное направление развивается, забывать о внутреннем потребителе нельзя. Ведь именно стабильный внутренний спрос является фундаментом нашей независимости. Сегодня среднедушевое потребление мяса в России достигло 83 кг, из которых 32 кг приходится на свинину. За десять лет мы прибавили 9 кг на человека, практически догнав потребление курицы. Это говорит о том, что свинина перестала быть «праздничным» продуктом и стала повседневным. Но для дальнейшего роста предстоит серьезная работа по формированию ее образа.

Главный камень преткновения — устоявшиеся мифы о том, что свинина жирная, тяжелая и не подходит для здорового питания. Нам как отрасли необходимо сместить фокус с оправданий на просвещение. Нужно рассказывать о постных частях — вырезке, филе, лопатке, которые по калорийности не уступают курице, но при этом богаты витаминами группы В, железом и цинком.

Здесь необходимо вести работу по двум направлениям одновременно. С одной стороны, требуется единый отраслевой фронт в лице Национального союза свиноводов, который формирует общую повестку, заказывает исследования и транслирует позитивный образ продукции на уровне государства и СМИ. С другой стороны, каждый крупный производитель должен продвигать свой бренд, параллельно просвещая потребителя, но делая это в единой информационной связке с отраслевыми задачами.

Для увеличения потребления нужно сформировать правильный образ продукта

В последние годы спрос на мясо в России растет, но доля курицы в общем объеме не снижается. И дело не только в цене: во многом это связано с потребительскими предпочтениями из-за популяризации здорового питания. Куриное мясо позиционируется как диетическое, тогда как свинина в восприятии покупателей скорее «жирный», а потому «вредный» продукт.

Покупатели обращают внимание на содержание жира и калорийность, а не на питательную ценность мяса, и в результате происходит подмена таких понятий, как правильное, здоровое питание и диетическое. Между тем у свинины есть хороший потенциал для увеличения объемов потребления.

Чтобы увеличить потребление свинины в нашей стране, необходимо сформировать правильный продающий образ — как продукта с высокой питательной ценностью, который соответствует всем требованиям здорового питания.

   Отличным примером такой стратегии служит ГК «Агроэко». Компания системно работает над качеством продукции и ее популяризацией. Запуск собственного мясоперерабатывающего производства позволил холдингу в 2024 году увеличить продажи в потребительской упаковке в пять раз, выйдя на

9 млн упаковок за девять месяцев. Их продукция сегодня представлена в крупнейших торговых сетях страны, от «Перекрестка» и «Ашана» до «Магнита» и METRO. Но главное достижение «Агроэко» — это работа с качеством и позиционированием. Компания стала единственной в стране, кто производит мясо с генетикой породы Дюрок в промышленном масштабе. Это мясо с ярким вкусом и мраморной структурой, что подтверждается экспертными оценками: в 2025 году сразу 12 позиций холдинга получили золото конкурса «Лучший продукт». Они не просто продают свинину, они создали бренд с понятными ценностями:

«принципиально честное мясо» с контролем на всех этапах, от фермы до прилавка. Редизайн упаковки с крупной буквой «А», аппетитной фуд-зоной и прозрачными стикерами для премиальных линеек делает продукт заметным на полке и доносит до потребителя информацию о качестве.

 

Путь в первый миллион

Итак, перед нами стоит амбициозная задача: к 2030 году не только произвести 5,6 млн тонн свинины, но и найти для нее достойное место как внутри страны, так и за рубежом. Эксперт прогнозирует потенциал для экспорта до 1 млн тонн. Для этого нам нужно пройти по трем основным направлениям (рис. 7).

Рис. 7. Три сценария развития экспорта свинины в РФ

Источник: анализ СЭГ

Первое — это расширение географии и номенклатуры. Важно понимать, что укрупнение игроков не означает, что только ТОП-5 будут диктовать условия на внешних рынках. Вся двадцатка крупнейших производителей, на которых приходится совокупно 80% производства, сохраняет возможности для экспорта. Кто-то пойдет по нишевым стратегиям, кто-то сфокусируется на поставках субпродуктов в Китай, кто-то — на полутушах в Сербию. Потенциал есть у всех.

Второе — снятие инфраструктурных барьеров. Инвестиции в холодильную логистику и переработку

— это создание фундамента для глобальной конкуренции. Третье — это консолидация усилий всего бизнеса и государства по открытию новых рынков и аттестации предприятий. Помимо Азии, колоссальный потенциал заключен в работе со странами ЕАЭС, где у нас нет торговых барьеров, с островными государствами, которые полностью зависят от импорта продовольствия, и со всеми дружественными странами, где свинина является традиционным продуктом потребления.

Фаза насыщения пройдена. Мы построили мощную индустрию, способную прокормить страну. Теперь наша общая задача — превратить эту мощь в глобальное преимущество. И здесь, как верно заметил Александр Стоклицкий, главным инструментом становится не столько объем, сколько умение видеть неочевидное, понимать потребности других культур и гибко адаптировать под них свое производство.

Нам, как отраслевым аналитикам и стратегам, пора перестать быть просто сборщиками цифр и стать проводниками изменений. Нужно научиться видеть мир не через призму собственного производства и привычных отрубов, а через призму реального спроса в разных уголках планеты. Именно это видение, подкрепленное глубоким знанием рынка и умением выстраивать диалог, сегодня превращает аналитику в ключевое конкурентное преимущество. Это и есть путь от инфраструктуры продовольственной независимости к инфраструктуре продовольственного влияния.

Количество показов: 240
Автор:  Л. Савкина, основатель экспертного аналитического агентства «Савкина Эксперт Групп»