Яичное птицеводство в эпоху профицита

15.01.2026

Яичное птицеводство в эпоху профицита

Интервью с советником руководителя ЗАО «Птицефабрика Синявинская» кандидатом ветеринарных наук Артуром Михайловичем Холдоенко.

—     В 2023 году население было встревожено дефицитом яйца в магазинах, а в 2025-м потребитель ценами доволен, однако теперь руководство многих яичных фабрик заявляет, что они работают в убыток. Можно ли говорить о перепроизводстве яйца в стране?

—     Действительно, рынок «перегрелся». В 2023 году в связи со сложной эпизоотической обстановкой снизилось поголовье и производство яйца, при этом некоторые СМИ и федеральные торговые сети раздули ситуацию. На этом фоне цена на яйцо была искусственно завышена. Региональные власти призвали наращивать производство, а самый быстрый способ нарастить — увеличить плотность посадки. В результате рынок яичной продукции пресытился и с конца 2024 года цена пошла вниз. Сегодня многие фабрики работают на грани рентабельности или даже в убыток. В рейтинге стран с самым дешевым яйцом Россия занимает 5-е место. Что сказать? Многие предприятия в «жирные» годы серьезно не занимались себестоимостью. При этом с учетом импорта, экспорта, переработанного яйца отрасль приросла. В дальнейшем будет экономически обусловленное естественное сокращение поголовья и вынужденное возвращение к фундаментальным понятиям    эффективности  производства. Потребительский маркетинг в этих условиях уйдет на второй план.

Мы с детства жили во времена дефицита, а сейчас пришли к рынку профицита (мяса птицы, свинины, яйца и т.д.). Нам придется научиться жить в другой парадигме, балансировать между перепроизводством и дефицитом при возникновении чрезвычайных ситуаций, например эпизоотий или стихийных бедствий. Такой баланс очень хрупкий и многофакторный. С одной стороны — давление рынка, чтобы социальный продукт не был дорогим, с другой стороны — конкуренция, сохранение бюджета на реновации. В таких обстоятельствах важны эффективность и прибыль.

—   Как Вы считаете, приведет ли сложная ситуация на рынке к укрупнению бизнеса?

—   Консолидация неизбежна. На первый взгляд, это хорошо: будет больше порядка на рынке яйца. Однако плохо, что будет меньше конкуренции. В конечном итоге это может привести к монополизации рынка, от которой пострадает потребитель. При последнем сценарии очень много зависит от государства: должны включиться контролирующие органы и создать механизмы, которые бы предупреждали появление монстров, стремящихся «подмять» под себя рынок.

Что касается нашего предприятия, то мы рассматриваем покупку новых активов, ведь опция кризисного управления у нашей команды есть.

—   Насколько сложно было организовать экспортную программу? С какими вызовами Вы столкнулись?

—   Сейчас основным экспортным рынком для нас является Монголия, также Синявинская фабрика единственная в стране продает яйцо в Арабские Эмираты. По большому счету, мы поставляем на внешние рынки яйцо для того, чтобы снизить давление на рынок внутри страны. Если вы спросите, почему не вывозим больше, отвечу: мы конкурируем в ОАЭ со странами, которые лидируют в рейтинге самого дешевого яйца, — Бангладеш, Индия, Иран и др. Таким образом, мы приходим на ограниченный рынок по населению и вдобавок конкурируем с более дешевым яйцом. Самое главное, в чем мы неконкурентоспособны, — в логистике. В данном случае я согласен с Галиной Алексеевной Бобылевой, что «экспорт — наше все, но нас там никто не ждет». 

Поэтому я считаю, что должна быть государственная политика, чтобы хеджировать неблагоприятные ситуации, которые были в 2023 году. Регуляторы должны определить, какой профицит яйца на российском рынке оптимален —   например 10 или 12%. Тогда нужно излишки, которые «давят» на отечественный рынок, направить на внешние векторы. Государство в таком случае дает возможность вывезти эти 10–12% из страны по определенной усредненной себестоимости, а в случае возникновения эпизоотии предприятия закрывают экспорт и пускает освободившиеся ресурсы на внутренний рынок. Такой сценарий позволяет не вводить в стресс ни покупателя, ни торговые сети.

—   Какую роль, на Ваш взгляд, играют меры ветеринарной безопасности в оптимизации производства?

—   Биобезопасность — одна из самых актуальных проблем в птицеводстве вообще, а в промышленном особенно.   Конкурентоспособность   находится в прямой зависимости от производственной себестоимости и эффективности. Наша задача —   получить от курицы максимальное количество яйца. На «Синявинской» себестоимость ниже, чем на многих птицефабриках Центральной России. Мы поддерживаем низкую себестоимость за счет хорошей сохранности и высокой продуктивности. Но для сохранности поголовья требуется усиление ветеринарного обеспечения, при этом необходимо оптимизировать затраты, чтобы выравнивать производственную ситуацию.

Если сокращать затраты за счет ветеринарных нужд, давление полевых вирусов будет расти во всей Российской Федерации. Такую ситуацию мы видим во всем мире: все больше и больше стран, даже те, в которых никогда не было Ньюкасла, не говоря про грипп, обнаруживают у себя эпизоотию. О каких производственных показателях можно говорить в неблагополучных ареалах? Ни о каких. Мы будем наблюдать деградацию, низкие производственные показатели и цену реализации, сокращение продуктивности и поголовья. Что, как следствие, дает снижение валового продукта и рост цены.

Я работаю над докторской диссертацией посвященной вопросам рентабельности в нашей отрасли. Сейчас написал статью о том, что продление возраста с 600 дней до 700 дает в масштабах страны дополнительно полтора миллиарда яйца. У нас в стране 116–117 миллионов кур несушек, и если все фабрики начинают продлевать период яйценоскости на сто дней, валовый сбор яйца в стране вырастет на полтора миллиарда. Чтобы построить птицефабрику на полтора миллиарда голов, нужно минимум 15 миллиардов рублей.

—   Выгода очевидна. Почему тогда не содержать несушек до 100 недель?

—   До 100 недель не содержат кур потому, что низкая сохранность поголовья, выбывает больше 30% стада при норме 10–12%. У возрастной птицы падает продуктивность, то есть она должна быть на уровне 80–84%. Между тем на некоторых фабриках несушки, которым 600 дней, теряют до 40% производительной способности.

—   Вернемся к вопросу путей оптимизации в яичной отрасли. Какие регуляторные механизмы могут быть перспективны?

— Еще один важный параметр, над которым работает мировое птицеводство, — это повышение продуктивности с 315 яиц до 330 штук от одной несушки в год. Подсчеты показывают, что реализация и внедрение таких технологий приносят дополнительно 2,5 миллиарда штук яиц. 

При этом не нужны государственные субсидии, инвестиции в строительство, капексы и т.д.

Если обратиться к базовым основам птицеводства и рассматривать курицу как бизнес-единицу, которая несет яйца, то для функционирования этой единицы необходимо обеспечить ее физиологические потребности.

Организм животного должен быть здоров, его на должном уровне нужно обеспечить кормами и создать надлежащие технологические условия для максимальной реализации генетического потенциала. В таком случае станут реальностью и дополнительные 100 дней содержания, и 330 яиц на курицу-несушку в год, и дополнительные 5 миллиардов яиц в Российской Федерации. Поэтому потенциал громадный.

И третье: нужно работать над качеством яйца. Это многотехнологический, мультифакторный показатель. Чистое яйцо с прочной скорлупой обеспечивает рентабельное производство. И здесь есть свои тонкости в части категорийности продукта. Некоторые производители предпочитают выпускать отборное яйцо, аргументируя это тем, что такой продукт лучше продается, но когда курица начинает нести крупные яйца, у нее больше падеж, учащаются пролапсы, возникают другие проблемы, а период содержания сокращается. На Синявинской фабрике мы сосредоточились на выпуске яйца 1-й категории, наш опыт показывает, что такое яйцо более чистое и с прочной скорлупой.

Ну и подытожим. Для обеспечения эффективности яичного хозяйства необходимо решить три фундаментальные задачи: сохранность и продуктивность стада (за это отвечает ветобеспечение), а что касается качества яйца – к ветобслуживанию добавляется кормление. Мы работаем над инновациями в области оптимизации минерального питания кур несушек. Для этого проводим опыт, когда содержим несушек 730 дней. На нашей фабрике мы достигли замечательных результатов: получили качество яйца от несушки в 700 дней как будто бы она на 130 дней моложе. И этот вопрос мы решили только кормлением.

—   Как генетика на сегодняшний день позволяет решить Вашу задачу?

—   Я уже говорил, что руководство «Синявинской» остановило свой выбор на получении яйца 1-й категории и мы стали искать подходящий кросс. Наше стадо сформировано на генетике «Хендрикс» белого кросса. Это легкая птица, она несет яйца нужной нам категории, кроме того, наш выбор обусловлен тем, что птица от «Хендрикс» более экономичная в содержании, оптимальна по конверсии, жизнестойкости и т.д. Существует мнение, что с белым кроссом тяжелее работать, потому что белая скорлупа более чувствительна к разным помаркам, загрязнениям. Но это задача соблюдения технологической дисциплины и умения работать с яйцом. Это не вопрос кросса. Если считать чисто экономику, то белый кросс выгоднее коричневого. И если рассматривать вопросы ветеринарной защиты, устойчивости, белая птица более сильная.

Компания «Хендрикс» предложила нам лучшие условия и поддержку. На основе рекомендаций содержания кросса мы разработали свою систему кормления птицы. Теперь на фабрике есть прародители, родители, ну и, соответственно, финальный гибрид. Дальше все, что требуется для успеха — это соблюдение технологической дисциплины.

—   Синявинская птицефабрика стала в 2025 году самой крупной в России и Европе. Расскажите, пожалуйста, как устроен самый большой птичник.

—   Большой птичник — это рентабельно с точки зрения птицемест и позволяет значительно экономить на электроэнергии.

Птичник состоит из трех этажей через фальшпол, на каждом из которых по 5 ярусов. При формировании стада работаем в первую очередь с однородностью, так при посадке разница в возрасте поголовья 21 день. Сначала заселяем первый этаж, потом второй и далее на третий. И, соответственно, стимуляцию яйценоскости можем регулировать по этажам.

На фабрике провели эксперимент: одновременно с большим птичником комплектовали маленькую площадку. В маленьком птичнике пик яйценоскости составил 96%, а в большом — 94%. Потому что в длинном блоке птицы более неоднородны по возрасту, но поддержание пика яйценоскости более длительно по времени в больших птичниках из-за того, что ярусы с более молодой птицей чуть дольше несутся. И если считать общее яйцо на несушку, то его в крупных птичниках оказывается больше.

В нашем длинном (136 метров) птичнике установлена особенная система ниппельного поения. Главная проблема поения в таком вытянутом помещении — это необходимость поддерживать равномерное давление в системе. При стандартном давлении до дальних несушек вода может не дойти. В нашей системе предусмотрен дублер без ниппелей до середины. То есть каждый ярус имеет этот дублирующий байпас.

Корм в нашем большом птичнике раздают 12 раз за день. Кормораздача осуществляется автоматической бункерной кормушкой на тележке.

Освещение в нашем суперптичнике организовано в три этажа, по пять ярусов каждый. Итого пятнадцать ярусов. Одна лампочка на каждые пять ярусов. Освещение установили светодиодное (LED), наше, отечественное. Оно прекрасно диммирует, делает «рассвет–закат», при этом светит равномерно. Полы смонтировали сетчатые.

—   Как внедряется система искусственного интеллекта на Синявинской фабрике?

—   В настоящее время на фабрике тестируется система, которую сегодня модно называть «искусственный интеллект», я предпочту старое название — «машинное зрение». Задача птичницы, по большому счету, — пройти по пролетам, посмотреть, есть ли вода, убрать падеж, проверить корм. В ее обязанности входит также рассортировать птицу по размеру. Система машинного зрения, которую мы внедряем, представляет собой видеокамеру, которая ставится на кормораздатчик и заменяет птичницу. Кормораздатчик ездит несколько раз туда и обратно и каждый ярус смотрит четыре раза, а птичница только один. При обнаружении неполадок устройство передает оператору-птицеводу на смартфон:

«Батарея такая-то, ярус такой-то, клетка такая-то, там лежит мертвая птица». Конечно, такая система удобна. Вопрос, как быстро это будет внедряться и какова цена будет новой технологии. Нужно обучить компьютер правильно определять падеж летом, при высоких температурах. Тем не менее ИИ решает многие задачи персонала.

Еще есть и другие направления по части делегирования функций машинам, над которыми мы работаем. На фабрике ведется индивидуальный учет и прослеживаемость по птичникам количества и качества яиц, объема скормленного корма. Также с помощью ИИ можно мониторить эпизоотическую ситуацию, анализируя титры антител к различным заболеваниям. На Синявинской фабрике 50 птичников и производство идет в конвейерном режиме, при этом на один конвейер несколько птичников, это отследить тяжело. Все задачи решаем через концепцию BIGDATA с анализом большого массива разнородных данных. Раньше все это делали вручную, но информационная база огромная, и для того чтобы исключить ошибки специалистов, сейчас удобнее передать подобные вычисления машине.

В области биобезопасности при работе с персоналом внедряем доступ на предприятие по Face ID, измерение температуры и алкотестер.

Для оптимизации работы ветеринарной службы мы купили два китайских робота в инкубатор на суточных цыплят. Машина делает инъекцию, распыляет спрей и дебикирует клюв. Благодаря этим инновациям нужен один высококвалифицированный ветврач, который правильно подготовит вакцину.

—   Как в новых условиях обеспечивается биобезопасность на Синявинской фабрике?

—   Биобезопасность на  фабрике  должна включать не только санпропускник, забор, душевую, а обязательно лабораторию контроля и исследовательский отдел.

У нас есть свой отдел НИОКР, который проводит от 8 до 15 опытов каждый месяц, в том числе и по испытанию различных программ вакцинации, схем, дозировок, штаммов, концентраций и так далее. К уходу с рынка иностранных вакцин мы готовились, испытывали все новые отечественные препараты, и сегодня у нас есть уже определенное досье: что и как, и в каких условиях работает. И хочу сказать, что есть некоторые российские продукты, которые не уступают иностранным аналогам, однако они и не дешевле. Благодаря нашему отделу исследований мы понимаем, будем делать, если не будет определенной вакцины. У нас есть даже разные сценарии по бюджету.

Главное — это обеспечить здоровье птицы, для того чтобы она смогла реализовать тот генетический потенциал, который в ней заложен.

Поэтому на очень простой вопрос, часто задаваемый в разных неспециализированных интервью, — «кто самый главный на фабрике?», я отвечаю: «На фабрике два главных человека. Наиглавнейший — это электрик. Потому что если не будет электричества, то через 4 часа не будет и фабрики. А вторая важная персона — это ветсанитар, который разводит вакцину и делает профилактические прививки в инкубаторе; и если он ошибется, то предприятия не будет через 3–4 месяца».

Еще одним важным элементом в формировании здорового товарного стада является собственное генетическое обеспечение: наличие прародителей и родителей.

— Вопрос дефицита кадров в сельском хозяйстве вышел на государственный уровень. Как решают эту проблему на Синявинской фабрике?

— Я бы сказал, что у нас нет кадрового голода. На нашем производстве в вопросе управления кадрами акцент делается на рациональном использовании трудовых ресурсов. Часто эффективность деятельности человека довольно- таки низкая из-за того, что работодатель боится ему переплатить. Мое мнение: лучше больше заплатить квалифицированному специалисту, чем заплатить большому коллективу по три копейки. Очень важна при работе с людьми и система мотивации.

Сегодня напряженность с кадрами в Ленинградской области спадает, по крайней мере люди уже не просят космические зарплаты. На мой взгляд, для оптимального функционирования предприятия нужен легкий кадровый дефицит.

На «Синявинской» нехватка персонала составляет от 2,5 до 5%. Мы берем всех, кто подходит под наши критерии, а дальше занимаемся адаптацией сотрудника. При приеме на работу человека интересуют деньги и условия труда, но когда он понимает, что в приемлемой обстановке на производстве он может заработать денег больше при условии более эффективного труда, то он держится за свое место. Вот в этом весь секрет кадровой политики.

—   Есть ли особенности привлечения молодых специалистов?

—   Что касается молодых специалистов. В рамках своей докторской работы я пошел преподавать в СПбГАУ. Дисциплины, которые я веду, — системная биология, современные проблемы зоотехнии, технология производства яйца и мяса птицы. Могу заявить, что у нас в стране с фундаментальным образованием все в порядке: те базовые данные, которые дают в университете, достаточны для того, чтобы вырастить квалифицированного молодого специалиста. Работаем со студентами СПбГУВМ и аграрным университетом. На предприятии уже была учебная шестинедельная практика с ребятами из ветеринарного вуза, к нам ежедневно приезжали 16 студентов. И мы их обучали, и они справлялись.

Данный опыт позволил мне понять нехитрую истину: у каждого большого предприятия, которое заботится о кадрах, должны быть в штате свои преподаватели. Я преподаю три дисциплины, веду группу пятнадцать человек. Из пятнадцати человек, уже знаю, шестерых себе на работу я бы взял. После того как я к ним пригляделся, начинаю с ними индивидуально работать. Вот такой хэдхантинг: возьмите человека со студенческой скамьи, потратьте на него 2–3 года, дайте достойную зарплату, чтобы он никуда не ушел. Да, учить — это тяжело, но зато через год-два-три у вас не наступит период, когда вы опять будете полгода искать, кем заполнить вакансию.

Лучший мотиватор для молодых специалистов — личный пример успеха в отрасли. Я пришел и на первой лекции говорю: «Давайте я про себя расскажу, чтобы вы не думали, что я какой-то космонавт». Я им рассказал на своем примере: самая путешествующая профессия — это ветврачи и зоотехники, потому что они постоянно обучаются на технических семинарах. Конечно, на производстве где-то пахнет, высокая ответственность, много проблем, но по сравнению с зоомагазином есть возможность роста. Делюсь с ребятами своим опытом карьерного продвижения, ведь я тоже не сразу стал директором. Важна для них информация об уровне зарплат хорошего специалиста с пятилетним опытом. У них сразу появился интерес в глазах. Самое главное качество в молодом человеке — это трудолюбие. Если оно есть, знания и опыт со временем обязательно придут.

—   Скажите, пожалуйста, Ваша научная работа, преподавание, внедрение передовых технологий
— можно ли все это объединить в миссию?

—   Я про себя говорю: я абсолютно счастливый человек. Почему? Факторов много: я занимаюсь любимым делом и получаю от этого удовольствие, даже когда тяжело. Мне интересно найти что-то новое, неизвестное. Выделить важное, полезное в своем деле. И в тот же момент я могу найти время на себя и свои увлечения, на семью. Я принимаю себя таким, какой я есть. В моем окружении люди, которые меня уважают, ценят.

С приходом в мою жизнь педагогического опыта я понял, что когда сам что-то нахожу, открываю, в этом присутствует некая доля эгоизма. Преподавание открыло для меня новую миссию — передать свои знания и опыт молодым, чтобы они достигли больших успехов, чем я, и строили птицеводство будущего.

—   Благодарю за интересный и откровенный разговор.

Беседу вела Ю. Шешенина

Теги: птицефабрики, яйца, экономика
Количество показов: 402
Источник:  https://www.tsenovik.ru/articles/aktualnye-intervyu/yaichnoe-ptitsevodstvo-v-epokhu-profitsita/